Когда речь идет о местах, где отбывают наказание за преступление, кажется, что разговор должен пойти о тюрьме или о колонии для мужчин. Однако не стоит забывать и о другом бедствии России. Это все возрастающая женская преступность. Она также требует наказания и ограничения свободы.
Женские зоны России – это 35 колоний, в которых отбывает свой срок 60 тыс. человек. Данное количество составляет пять процентов от общего числа заключенных в стране. Женские зоны России, список которых весьма невелик, находятся далеко не во всех округах. Именно поэтому большинству преступниц приходится отбывать наказание далеко от родного дома.
За что сидят женщины?
Проведенные исследования убедительно доказывают тот факт, что представительницы прекрасного пола идут на преступления, которые по своему характеру все больше и больше приближаются к «мужским». В последние десятилетия наблюдается и рост хулиганств, в которых приняли участие представительницы прекрасного пола.
Также женщин лишают свободы за мошенничество, кражи из магазинов, взломы, продажу и транспортировку наркотиков, скупку и реализацию краденого, угон автомобилей, подделку документов.
Растет в стране и число молодежных банд, членами которых являются совсем юные создания в возрасте от 15 до 19 лет. Такие преступницы в юбках отличаются особой жестокостью, убивая своих жертв без всякого повода. У многих из этих девочек есть проблемы с наркотиками, на употребление которых нужны большие деньги.
Стоит сказать, что тех, кто отбывает наказание, могло бы быть в два раза больше. Однако женские зоны, как и мужские, регулярно высвобождаются благодаря амнистиям. Снижает количество отбывающих наказание и довольно мягкое законодательство. Однако проблема общества не становится от этого менее актуальной. Ведь тридцать процентов осужденных, которых отправляют в женские зоны, лишены свободы за особо тяжкие преступления. Как правило, совершаются они на бытовой почве, когда спор перерастает в драку с кровавыми последствиями. Преступления остальной массы женщин - кражи и распространение наркотиков. И только незначительный процент осужденных - это дамы, совершившие экономические преступления.
Исправительные учреждения для слабой половины человечества
Где находятся женские зоны в России? Они разбросаны по регионам страны. Причем каждая из колоний имеет свои особенности. Например, есть женские зоны, в которых обустроены дома ребенка.
Это следующие исправительные учреждения:
Кемеровской;
Московской;
Свердловской;
Владимирской областей;
Хабаровского и Краснодарского краев;
Нижнего Новгорода;
Самары;
Челябинска;
Мордовии.
Есть женские зоны, в которых отбывают свое наказание несовершеннолетние. Это 21 тысяча девушек. Почти полторы тысячи из них помещены в воспитательные колонии. Одно из таких исправительных учреждений находится в Брянске (ул. Комарова, 30).
Для опасных рецидивистов также предусмотрены женские зоны России. Где они расположены? Одна из таких колоний находится в Пермской области (г. Березники, просп. Ленина, 81), а вторая - в Орловской (пос. Шахово).
Практически двадцать тысяч женщин содержатся в СИЗО. Специально для дам следственные изоляторы открыли в Москве (ул. Шоссейная, 82), Санкт-Петербурге (ул. Арсенальная, 11) и Екатеринбурге. Как же содержатся преступницы в других регионах? Существует зона для женщин в тюрьме. Такие СИЗО относятся к смешанному типу.
Есть на территории нашей страны и женская зона для иностранных преступниц. Находится она на территории Мордовии. В этом исправительном учреждении отбывают срок наказания 12 тысяч иностранных граждан, 500 из которых - жительницы дальнего зарубежья.
Что касается СИЗО, то они располагаются в городах. Чаще всего в центре населенного пункта. Это объясняется тем, что большая часть следственных изоляторов была построена до 1917 г. в царской России. А в те времена тюрьмы и остроги являлись важнейшими городскими государственными службами.
Что касается ИУ, то женские зоны по регионам России возводились, как правило, в сталинские времена. До начала 60-х годов их называли лагерями. Сооружали такие учреждения подальше от главных дорог. Именно поэтому и на сегодняшний день добраться до многих из них на общественном транспорте весьма сложно.
Где конкретно находятся женские зоны в России? Адреса и месторасположение мы представили выше.
Виды ИУ
Какой может быть женская зона? Прежде всего стоит сказать, что ИУ относятся к уголовно-исправительной системе Минюста РФ. С помощью колоний исполняются наказания, которые выражены лишением свободы либо на определенный срок, либо пожизненно. В ИУ содержатся и приговоренные к смертной казни.
Зона для женщин может быть исправительной или воспитательной колонией, тюрьмой, а также лечебным исправительным учреждением.
Виды ИУ по режимам
Как правило, русская женская зона – это исправительная колония. В ней содержатся лица, которые уже достигли восемнадцатилетнего возраста. Уголовно-исправительная система России включает в себя четыре вида колоний. Их отличие состоит в существующих режимах.
Среди них колонии:
Поселения;
общего режима;
строгого режима;
особого режима.
Однако не все из данных исправительных учреждений предназначены для дам. Какой режим на женской зоне? Для отбывания своего наказания преступницы направляются только в колонии-поселения, где они могут проживать на общей территории с мужчинами, а также в ИУ общего режима. В последних учреждениях осужденных разделяют по половому признаку. Существует ли женская зона, строгий режим или особый в которой применяется для осужденных? Подобных исправительных учреждений для преступниц нет.
Направление осужденных судом
В какой колонии будет отбывать свое наказание преступник или преступница? Это решает суд. Так, исправительные учреждения общего режима предназначены для женщин, которые совершили тяжкие и особо тяжкие преступления при любом рецидиве. Кроме того, суд при рассмотрении дела внимательно изучает личность виновной. И с учетом обстоятельств совершенного преступления может быть принято решение о направлении в исправительную колонию женщины, совершившей незаконный проступок по неосторожности. Здесь же могут отбывать свой срок наказания и те преступницы, которые должны понести наказание за неумышленное уголовное правонарушение, а также за деяние средней и небольшой тяжести. При этом преступления должны быть совершены впервые.
Женская тюрьма (зона) для несовершеннолетних – это воспитательные колонии, имеющие однотипный общий режим. В этих учреждениях установлены облегченные и обычные, а также строгие и льготные условия отбывания срока. Несовершеннолетние преступницы имеют одну-единственную привилегию. При добросовестном исполнении трудовых обязанностей и отсутствии взысканий, которые должны быть подтверждены в течение первых трех месяцев заключения, администрация может перевести их на обычный режим пребывания.
Преступницы могут быть направлены судом и в колонии-поселения, а также в лечебные учреждения системы правоохранительных органов. На территории данных ИУ отсутствует дифференцирование по половому признаку. Здесь мужчины и женщины проживают в зданиях, расположенных на одной территории. При этом для них предусмотрены раздельные помещения.
Женская тюрьма (зона) - это место, где могут отбывать наказание преступницы, имеющие малолетних детей (до 3 лет). Таких мам суд направляет в колонии, при которых открыт дом ребенка. В такие учреждения попадают не только женщины с детьми, но и беременные.
Внутреннее распределение
Непосредственно в исправительном учреждении осужденных женщин расселяет администрация. Так, преступницы, впервые отбывающие свои сроки наказания, содержатся отдельно от тех, кто уже попадал в колонию ранее. Изолированно от других содержат и женщин, получивших свой срок за опасные и особо опасные уголовные правонарушения.
Администрация ИУ размещает эти категории осужденных на отдельных участках. Однако выполнение таких условий становится не всегда возможным из-за нехватки жилья, а также отсутствия необходимой организационной и материально-технической базы.
Условия содержания
Женская зона (фото смотрите ниже) предусматривает создание обычных, облегченных и строгих условий для осужденных. В Федеральный закон, касающийся этих ИУ, были внесены некоторые поправки. Они коснулись тех дам, которые отбывают свой срок в облегченных условиях. Так, таким женщинам разрешено проживать вне территории колонии совместно с семьей, если до окончания срока наказания осталось шесть месяцев.
В целом же условия содержания в ИК общего режима закон не регламентирует по половому признаку. Женщинам предоставляются только незначительные привилегии в виде увеличения норм жилой площади (3,5 кв. метра вместо 2).
Кроме того, осужденные беременные и те, кто достиг возраста 55 лет, могут быть привлечены к безвозмездным работам только при их согласии. Данным категориям осужденных, а также несовершеннолетним на лицевой счет должно зачисляться не менее пятидесяти процентов заработка.
По правилам содержания ИУ, женщины могут:
Пользоваться косметическими средствами;
приобретать в магазине на территории учреждения необходимые вещи, одежду и т. д.
Кроме того, в исправительной колонии для осужденных женщин работают парикмахер и фотограф. Оплачивать их услуги дамы должны собственными денежными средствами.
Места проживания
Камеры для осужденных женского пола могут быть различных размеров. Однако большинство из них рассчитано на 40-60 человек. Для сна предназначены двухъярусные кровати. Их устанавливают в два ряда. В народе подобные спальные места называют «нарами». Только несколько кроватей, которые установлены в противоположном углу от дверей камеры, могут быть без второй полки. У этого места есть свое название – «поляна». Здесь живет старшая и приближенные к ней женщины, которые давно отбывают свой срок.
Есть в камере и своя кухня, а также туалет с душем. Они располагаются отдельно от основной комнаты. Несмотря на то что время посещения душевой для женщин не ограничивают, стирать свои вещи они могут только в определенные дни.
Убирают камеру ежедневно. Причем делают это утром и вечером. В выходные дни обязательным атрибутом является генеральная уборка жилой комнаты, кухни и туалета. Занимаются этим дежурные, которые назначаются согласно определенному графику. Отказ от уборки невозможен. Исключение составляют только те осужденные женщины, которые отбывают наказание не первый год.
За плохую уборку обязательно следует наказание. Провинившейся женщине назначают дополнительное дежурство вне графика.
Материнство за решеткой
В женских зонах, при которых открыты дома ребенка, есть родильные отделения. Их создают в целях оказания медицинской помощи беременным, отбывающим срок наказания в колонии. Согласно законодательству, администрация таких учреждений должна создать все условия для нормального развития и проживания находящихся там детей. Осужденная мать может общаться со своим ребенком в свободное от работы время. При этом допустимо их совместное проживание.
После того как малышу исполняется три года, его при согласии матери передают на воспитание родственникам либо иным лицам. В противном случае ребенок будет направлен в государственное детское учреждение.
Для устройства своего малыша женщине дается кратковременный отпуск. Его продолжительность – пятнадцать суток без учета проезда. Впоследствии на такой же срок администрация колонии предоставляет матери ежегодный отпуск, предназначенный для свидания с ребенком.
В том случае, если осужденной матери осталось отбывать наказание меньше года, трехлетний малыш может быть оставлен в доме ребенка. Здесь он дождется освобождения своей мамы. Однако такое право предоставляется только тем женщинам, которых отличает безукоризненное поведение.
Беременные и женщины, имеющие детей в возрасте до трех лет, имеют право на все права и льготы, предоставляемые российским законодательством. Кроме того, они могут без всяких ограничений приобретать предметы первой необходимости и продукты питания, оздоровительные приборы, специальную одежду и обувь. Оплата при этом производится за счет средств, хранящихся на личном счету заключенной.
Трудовая занятость
У администрации любой исправительной колонии имеется одна очень важная обязанность. Она должна обеспечить осужденным трудовую занятость. При этом учитывается возраст женщины и, по возможности, специальность.
Работающие осужденные имеют право на оплачиваемый ежегодный отпуск. Его продолжительность составляет двенадцать дней без учета выходных.
Несовершеннолетним преступницам, находящимся в воспитательном учреждении, предоставляется более продолжительный отпуск. Он составляет восемнадцать рабочих дней. Такой же отпуск положен и тем женщинам, которые достигли 55-летнего возраста.
Отмечается тот факт, что осужденные дамы трудятся более старательно, нежели мужчины. Только незначительный процент женщин не желает работать или относится к своей обязанности недобросовестно.
Для того чтобы разнообразить монотонный труд осужденных, занятых, как правило, в швейном производстве, администрация ИУ нередко предлагает им новые сферы занятости. Это вязание и плетение кружев, народные промыслы и т. д.
Досуг
Чем занимаются осужденные женщины в свободное от работы время? Это, как правило, мелкие бытовые хлопоты, удовлетворение личных потребностей, написание писем, участие в художественной самодеятельности, занятия спортом и чтение литературы. Кроме того, женщины принимают активное участие в религиозной деятельности. Они помогают служителям церкви проводить соответствующие обряды.
Многие из осужденных подчеркивают важное значение неограниченной переписки, а также возможности использования компьютерной сети и телефонной связи для общения с близкими родственниками.
Что в заключении самое тяжелое?
Женщине отведена определенная социальная роль в обществе, а также предначертаны иные, чем у мужчин, функции. Кроме того, представительниц слабой половины человечества всегда отличают образ жизни и исторически обусловленное место в системе человеческих отношений. И это не говоря о биологических и психофизиологических особенностях женщин. Что же происходит с ними в местах заключения?
Попадая в изолятор временного содержания, нарушительница закона оказывается в полном одиночестве. Дело в том, что в ИВС женщин помещают редко, а тех, кто оказывается там, размещают отдельно от мужчин. Такие условия уже с первых часов воспринимаются весьма болезненно. Отсутствие общения с людьми угнетающе действует на женскую психику.
Далее, при вынесении постановления об аресте, нарушившую закон переводят в следственный изолятор. Тюремная действительность становится для женщин полной неожиданностью. Порой от этого у правонарушительниц теряется чувство реальности. И это не удивительно. Ведь сильнейший стресс испытывает каждый человек, впервые оказавшийся в тюрьме. И если в изоляторе временного содержания кажется, что весь этот кошмар скоро закончится, то в тюрьме становится ясно, что заключение будет длиться минимум несколько месяцев или даже не один год. На психологическое состояние женщины оказывает влияние и информационный голод. Ей начинает казаться, что родные ее забыли, а друзья и вовсе бросили. Это многократно усиливает страдания заключенной.
Некоторое психотерапевтическое воздействие оказывают в такой ситуации только разговоры с сокамерницами. Женская природа позволяет немного успокоиться, поделившись хоть с кем-то нагрянувшей бедой. Однако каждый человек порой испытывает потребность побыть наедине с собой. Но сделать это в камере не представляется возможным. Постоянное присутствие чужих людей начинает попросту раздражать и вызывать тревогу. Когда подобное психоэмоциональное состояние женщины достигает максимального уровня, возникают неизбежные конфликты. К счастью, у дам они ограничиваются мелкими бытовыми вопросами и заканчиваются разговорами на повышенных тонах. Драки в камерах, где находятся нарушившие закон дамы, случаются крайне редко.
После вынесения приговора преступниц ждет женская зона. Фото, сделанные в колонии, убедительно подтверждают тот факт, что и здесь наблюдается недостаток личного пространства. Будь это площадка для построения, производство или спальня, заключенные всегда находятся в толпе. Кроме того, администрация колонии пресекает всякие попытки украсить тумбочку или спальное место какими-либо картинками или фотографиями. Наказанием может закончиться даже сушка нижнего белья на спинке кровати в дневное время.
Для человека, привыкшего к вольной жизни, тяжелым станет и соблюдение общего режима подъема, отбоя и приема пищи. Непросто проводить в общих местах и свободное от работы время.
Негативно влияет на психику женщины тюремная одежда. Это, как правило, синяя или серая юбка или штаны, а также блузка. Для улицы выдаются телогрейка и платок, который должен быть на женщине весь день, пока она не вернется ночевать в барак. Именно этот аксессуар очень сильно раздражает отбывающих наказание.
В чем заключен смысл ограничений? Они заставляют женщину понять, что привычные для нее действия опасны. А для того чтобы избежать риска, необходимо принять установленные правила. Через налаженную дисциплину администрация стремится подогнать всех заключенных под один шаблон, принуждая их к послушанию и исполнению правил внутреннего распорядка. У лишенного личной жизни человека начинает теряться контроль над своими действиями. Он отвыкает от самостоятельности. Нередко это приводит к тому, что, оказавшись на свободе, женщина не может адаптироваться к обычной жизни общества.
Труд заключенных используется далеко не в каждой стране, но в Беларуси такая система сохранилась со времен Советского Союза, где в 1920-1930-е годы, когда родилась и окрепла империя ГУЛАГ, арестантов активно использовали на лесоповалах, строительстве заводов, железных дорог, ну и, конечно же, каналов. Даже слово «зэка» означает «заключенный копало армеец» - то есть, заключенный армии копателей.
В советской Беларуси также широко использовался труд заключенных. К примеру, Днепровско-Бугский канал не столь известен как Беломорско-Балтийский, о котором снимали фильмы и который воспевали поэты, но и он построен буквально на костях заключенных.
В дальнейшем каналы в Беларуси уже не строили, и заключенные трудились на производстве, бывшем при каждой колонии. Как вспоминают давнишние работники колоний, во времена СССР в Беларуси работа заключенных приносила весомую прибыль, в том числе и самим заключенным.
Кризис производства в местах лишения свободы, как и всей остальной промышленности, начался с развалом СССР. Старые связи рухнули, а новых не было. Закрытость мест лишения свободы не позволяла так же быстро наладить новые связи, как это сделали обычные предприятия. Период начала 1990-х был самым сложным для предприятий исправительной системы.
Сейчас в Беларуси все производство в местах лишения свободы можно условно разделить на три главные части: «дерево», «металл» и швейное. То есть, в основном занятость контингента колоний обеспечивается обработкой древесины и выпуском из нее изделий, выпуском продукции из металла, а также производством одежды с обувью.
Вообще, ассортимент продукции, выпускаемой в местах лишения свободы, впечатляет.
Это корпусная и мягкая мебель, двери филенчатые, оконные и дверные блоки, стеклопакеты, срубы домов, плинтуса, наличники, половая доска, вагонка и т.д., тарные ящики, садово-хозяйственный инвентарь, инструменты, детали и агрегаты для автомобилей и тракторов, контейнеры для раздельного сбора мусора, садово-огородный инвентарь, оцинкованная посуда (ведра, банные тазы), более 100 наименований швейной продукции, обувь. Швейная продукция - это, в первую очередь, одежда для государственных структур: МВД, армии и других служб.
В Департаменте исполнения наказаний (ДИН) вспоминают, как несколько лет назад один из тружеников тыла белорусской армии, видимо, имея свой какой-то интерес, очень противился, чтобы армия закупала одежду, пошитую в учреждениях МВД, хотя она имела очень доступную цену и нормальное качество. Вскоре этот труженик сам перешел в эту систему, но не как служащий, а как заключенный за взятку. Памятуя о его отношении к выпускаемой в МВД одежде, этого заключенного направили в колонию, специализирующуюся на швейном производстве, чтобы бывший военный снабженец лучше изучил производство одежды, которую он так не желал приобретать. Как заверили меня в ДИНе, если бывший высокий армейский начальник окажется толковым человеком, он вскоре станет бригадиром на швейном производстве.
Выпускают заключенные и сувенирную продукцию типа резных деревянных шкатулок и хлебниц (на мой взгляд, примитивные по дизайну), а также многое другое. В числе прочего, заключенными выпускаются и весьма специфические изделия, которые применяются в отношении тех, кто их же и производит: двери в тюремные камеры, замки к ним, колючую проволоку, милицейские дубинки.
Если перечислить места лишения свободы и преобладающее там производство, вот что получается:
№1 г. Минск - мебельное производство.
№2 г. Бобруйск - деревообработка, а также - милицейские дубинки, ремни, пистолетные кобуры и чехлы для наручников.
№ 3 г. Витебск - деревообработка, швейное производство.
№4 г. Гомель (женская колония) - швейное производство: большой ассортимент форменной и рабочей спецодежды. Практически все силовые структуры Беларуси «одевают» здесь.
№5 г. Ивацевичи - деревообработка, мебельное производство и немного швейное производство.
№8 г. Орша - металлообработка, в том числе двери тюремных камер и замки к ним.
№ 9 г. Горки - металлообработка, деревообработка.
№10 г. Новополоцк - деревообработка, мыло хозяйственное, полиэтилен, гвозди.
№11 г. Волковыск - деревообработка.
№12 г. Орша - металлообработка.
№13 г. Глубокое - металлообработка, сувениры, а также колючая лента для заграждений.
№14 пос. Новосады Борисовского р-на - металлообработка, в том числе двери тюремных камер, колючая лента.
№15 пос. Вейно Могилевской обл. - металлообработка и немного деревообработка.
№17 пос. Молодежный Шкловского р-на - швейное и обувное производство, деревообработка (срубы).
№19 Могилевская обл. - деревообработка, гвозди, цепи.
№20 г. Мозырь - металлообработка, деревообработка.
№24 п. Волчьи Норы Ивацевичского р-на - деревообработка.
В перечне часть номеров пропущено, потому что колоний с этими номерами в настоящее время не существует. Также в этом материале мы не касаемся учреждений МВД типа колоний-поселений и ЛТП (лечебно-трудовых профилакториев).
Как пояснили в Департаменте исполнения наказаний, в настоящее время производство в местах лишения свободы становится самым обычным производством, как и в любом другом месте. Так, в отношении заключенных действуют все нормативно-правовые акты, как и на обычных гражданских предприятиях. Оплата труда начисляется точно так же, как и на любом другом заводе. Только в местах лишения свободы не идет надбавка за трудовой стаж, равно как не практикуются и другие поощрения, свойственные обычным заводам. Время работы в местах лишения свободы также засчитывается в общий трудовой стаж. Исполнение трудового законодательства с 2006 года контролируется инспекциями Министерства труда и социальной защиты, а также многими другими государственными органами.
Каких-либо хороших или плохих колоний с точки зрения оплаты труда, комфортных условий работы, ее престижа или заработка в ДИНе назвать не могут. Как всякий завод, предприятия в местах лишения свободы в производстве испытывают определенные проблемы.
В настоящее время наиболее успешно идут дела на производствах зон №№ 4, 8, 14. Слабо - №№ 3, 10, 19, 22.
Большой проблемой для производства в местах лишения свободы является нехватка квалифицированных рабочих. Как поясняют руководители «закрытых» производств, за последние 10 лет сильно упал общий уровень образования среди заключенных: «Попадает в тюрьмы много молодых людей, которые не имеют профессии, не умеют и не хотят работать».
Для тех, кто не умеет работать, но хочет этого, в колониях создана сеть ПТУ, где обучают профессиям, востребованным в этих и не только местах. Те, у кого большие сроки, могут успеть получить несколько дипломов. Приобретение профессий в местах лишения свободы для заключенного значительно улучшает процесс его адаптации в обществе после освобождения.
Кроме того, в настоящее время прорабатывается возможность получения в местах лишения свободы высшего образования, как это уже сделано в России.
По словам производственного руководящего персонала, наиболее сознательные рабочие - заключенные в возрасте 30-40 лет.
Как правило, в местах лишения свободы стараются выпускать несложную в производстве продукцию. К примеру, мебель, выпущенная заключенными, не похожа на кожаную роскошь «Пинскдрева». Но простая, а главное, недорогая мебель популярна в небогатых семьях.
Результатом участия предприятий уголовно-исполнительной системы в выставке-ярмарке «Мебель-2008» стал диплом «За широкий ассортимент и качественную мебель». В Минске имеется даже фирменный магазин от колонии № 1, где продается выпущенная там мебель. Как отметили в ДИНе, основное достоинство этой мебели - низкая цена по сравнению с продукцией «нетюремных» производителей.
Из экзотики в колонии для рецидивистов № 13 г. Глубокое, которые практически всю жизнь провели в местах «не столь отдаленных», выпускается упряжь для лошадей.
Вообще, очень часто мы и не догадываемся, что многие привычные нам вещи изготовлены заключенными. Впрочем, так и должно быть.
Трудиться в местах лишения свободы не только желательно (быстрее идет время, появляется возможность иметь безналичные средства на покупку продуктов и товаров в магазине), но и надо. За отказ от работы в уголовно-исполнительном кодексе предусмотрена ответственность. Отказ от работы может быть истолкован как злостное нарушение.
При оплате труда у заключенного высчитывают деньги за коммунальные услуги и выплаты по иску, но, в соответствии с законодательством, ему положено не менее 25% от заработанной суммы. Учитывая, что в местах лишения свободы заключенный имеет казенную одежду, обувь и какую-никакую еду, то 100 тысяч рублей хватает на сигареты, чай, кофе и другие мелочи. Кстати, ассортимент тюремных магазинов напоминает ассортимент сельской лавки. Только отсутствует спиртное.
Легендой тюремной тематики являются «зэковские» ножи и другой ширпотреб типа резных шкатулок и т.п. изделий. Особенно славились когда-то «новосадовские» ножи, то есть из колонии в поселке Новосады.
В настоящее время шкатулки и другие сувениры в «зонах» давно являются частью производства и свободно продаются во многих магазинах.
С ножами - интереснее. Как признают в руководстве ДИНа, несмотря на строгое наказание за изготовление ножей, их все равно пытаются изготавливать, но уже значительно меньше, чем лет 6-7 назад. Знающие люди никогда не приобретают «зэковских» ножей из-за множества причин.
Первая причина - отсутствие квалифицированных мастеров. Рабочие высокой квалификации очень редко попадают в тюрьму. Ну а если попадают, то им предлагают работу в соответствии с их квалификацией. Естественно, и заработок у них больше, чем у остальных. Кроме того, к квалифицированным рабочим лучше отношение администрации. В общем, специалисту, попавшему в тюрьму и хорошо устроившемуся там, не имеет смысла рисковать своим заслуженно привилегированным положением из-за нелегального изготовления ножа. Денег много на нем не заработаешь, а вот неприятностей - даже очень.
Во-вторых, в местах лишения свободы очень сложно найти необходимую заготовку и обеспечить весь технологический процесс изготовления ножа. При внешней простоте ножа, его производство - сложный процесс, требующий высокой квалификации, специальной стали и оборудования. Не случайно хорошие ножи известных производителей имеют немаленькую цену.
Как рассказал один производственник: «Представьте себе, заводской цех, где периодически совершают обход охранники-контролеры и среди заключенных хватает осведомителей. И вот заключенный делает нож. Все делается второпях, из подручного материала, с опасливой оглядкой по сторонам - лишь бы быстрее доделать и избавиться от изделия, за хранение которого могут быть большие неприятности. О специальной стали и полном технологическом процессе ее обработки (ковка, закалка, отпуск, снова закалка, но в другом режиме и т.д.) можно только мечтать, а большинство работяг не имеет о нем представлений. Как результат - низкокачественные изделия из хрупкой перекаленной стали, безвкусные, по виду напоминающие нож главного героя фильма «Рэмбо».
Кроме того, в последнее десятилетие в магазинах в свободной продаже появилось множество туристских и разделочных ножей, своим видом напоминающие охотничьи и боевые, но не являющимися таковыми. Да и выбор ножей, продающихся по охотничьим билетам, стал намного больше. В итоге, вместо того, чтобы связываться в «зэковскими» ножами, произведенными неизвестно из какого материала, можно без проблем и по разумной цене приобрести нож солидного производителя в магазине. Что и делают. В итоге, такое понятие как «зэковские» ножи уже фактически исчезло за невостребованностью.
Чтобы самому увидеть, что представляет сегодня производство в местах лишение свободы, руководство ДИНа разрешило мне посетить на выбор любую колонию. Я выбрал «зону» в Новосадах, так как она, в отличие от минской, не считается образцово-показательной.
Поселок Новосады находится на одноименной железнодорожной станции недалеко от Борисова в сторону Орши. Эта «зона» строгого режима, то есть, для лиц, попавших за решетку не в первый раз. В «зоне» находится около 2000 человек. Практически все они работают. Основное производство - металлообработка. В промышленном отношении эта «зона» является ведущей в Беларуси, то есть, примерно, 30% продукции, производимой в местах лишения свободы, делается в Новосадах.
Стандартные формальности, проверка документов, проход через несколько по очереди отпирающихся дверей КПП, и вот я нахожусь в «зоне». Руководитель промышленного предприятия ведет меня по своему производству. Со стороны все похоже на самый обычный завод. Только больше запертых дверей: из-за специфики зоны рабочим-заключенным положено находиться только на своем рабочем месте - просто так ходить из цеха в цех запрещено.
Руками заключенных в Новосадах изготовлены все ведра из оцинкованной жести, распространенные в сельской местности. Делается и другая простая посуда.
Из более сложных изделий здесь производятся глушители для минских тракторов, радиаторы для них и для БелАЗов. Здесь требуется более высокая квалификация рабочих, и, соответственно, у них более высокие заработки. Как сказал один из производственников, «одно дело ручки к тазику приклепывать, а другое дело выдержать ровный сварочный шов. За метр шва сварщик получит больше, чем тот, кто тазики штампует, за смену».
Как и на обычных заводах, здесь существует входящий и исходящий контроль качества.
Для собственных нужд организовано небольшое швейное производство и хлебопекарня. Подобное имеется во многих зонах - основное производство, и добавочное - для обеспечения зоны. Хлебопекарня - армейская, далеко не новая, две ее печки топятся дровами. По закону, заключенным не положен хлеб из муки высшего и первого сорта. Но выпекаемый заключенными хлеб из муки второго сорта по качеству значительно превосходит тот, что завозят в некоторые деревенские магазины.
Единственное, что отличает заключенных от обычных рабочих - небольшие бирки с фамилией и номером бригады на спецовках.
Как рассказал начальник колонии, здесь сидят люди по второму - девятому разу, то есть знающие тюремную жизнь. Во многом благодаря этому здесь очень мало конфликтов заключенных между собой и с администрацией.
Интересуюсь, как сами заключенные относятся к тому, что выпускают изделия «для самих себя», то есть тюремные двери, колючую проволоку. Как же «арестантские понятия» и прочие традиции?
- Да никто не отказывается, если за эту работу платят хорошо. Отмирают все эти понятия постепенно. Тем более те, кто предпочитает жить «по понятиям», к нам стараются не попадать, ибо знают, что в Новосадах администрация сильнее, чем в других колониях строгого режима, заставляет жить и работать по государственным законам, а не «по понятиям».
«Да какие «понятия»?
- добавляет один из оперативников. - Собрали здесь молодых, но уже с криминальны стажем наркоманов, сутенеров, мелких воришек. Для многих из них время на свободе - краткосрочный отпуск между отсидками. Если в колониях для тех, кто впервые попал за решетку, встречается достаточно много умных людей, в прошлом директоров предприятий, чиновников, бизнесменов, то в колониях строгого режима, где сидят те, кто жить без тюрьмы не может, общий уровень развития заключенных во много раз ниже. Умных людей здесь единицы, и им быстрее хочется освободиться, а не конфликтовать с администрацией. А что касается «арестантских понятий» при изготовлении заключенными тюремных дверей, так вы первый, кто задал мне этот вопрос. Ну, а если кто не захочет делать эту работу, то ничего страшного - переведем его на другую».
Наступил вечер. Дневная смена заключенных уходила с промышленной зоны колонии в жилую зону, а на ее место должна была прибыть вторая смена. Между этими зонами - личный досмотр, чтобы заключенные не проносили запрещенные предметы (то есть, изготовленные на предприятии ножи и т.п.). Построившись в отрядах, шеренгами по 5 человек, заключенные проходили через пятерых контролеров, похлопывающих их по телогрейкам, а иногда просящими показать внутренность ботинка с одной из ног.
Не стоит полагать, что заключенные работают только в колониях бывшего СССР и других «недемократических» стран. В Германии, к примеру, в каждой тюрьме имеется свое производство. Причем, из специализации, к примеру, в тюрьмах Баварии, преобладает производство детских игрушек-конструкторов фирмы «Playmobile», очень напоминающей «Lego». Также в некоторых тюрьмах размещено небольшое производство таких гигантов как «Siemens», «Audi» и других не менее известных корпораций. Труд в тюрьме Германии - дело добровольное.
При организации производства в тюрьмах Германии обязательно учитывается мнения психологов - поручить заключенным изготавливать полицейские дубинки там не додумались. Оплата труда на тюремном производстве, по сравнению с обычными, в Германии, как и в Беларуси, небольшая. Но, не смотря на это, заключенные в большинстве идут работать с охотой - рабочих мест не хватает. Все-таки пара-тройка сотен евро в месяц очень полезна при шикарном немецком тюремном магазине, где многие заключенные закупают питьевую воду ящиками. Да и везде у работающего человека быстрее идет время.
Тюремные сроки отбывают очень разные люди, среди которых есть те, кто привык работать руками и те, кто привык зарабатывать деньги умом. Для многих из них работа находится и за решеткой, только вот серьезных денег здесь заработать не получится. О том, как используют дешевый в исправительных учреждениях разных стран, вам расскажет этот пост.
Здесь производят много чего: от продуктов питания до техники – в общем, все, что только можно произвести на фабрике. Услугами американских заключенных пользуются знаменитые на весь мир бренды, такие как: JCPenney, Victoria’s Secret, Haeftling. Согласитесь, что сложно представить татуированного заключенного, который шьет женское нижнее белье.
Чтобы стать сотрудником одной из этих престижных компании, заключенным необходимо продемонстрировать хорошее поведение и не провалить интервью. Как только заключенных принимают на работу, они должны показать себя только с лучшей стороны, как на работе, так и за ее пределами. В качестве бонуса они получают 20 % заработанных денег, остальные 80 остаются на покрытие их содержания и уплату налогов.
В Эстонии создали модный эко-бренд Heavy Eco, объединяющий в себе концепцию этичной моды, не вредящей экологии, и самые темные стороны жизни. Одежда сшита рукам заключенных, а некоторые модели вдохновлены серыми буднями заключенных в тюрьмах Восточной Европы и Советского Союза.
Их тюремная продукция известна многим европейским странам. Одна футболка стоит довольно немало – 29 английских фунтов. Но руководство компании уверяет, что половина выручки с продаж футболок идет в организации помощи бездомным детям, сиротам и детским домам. И это правильно, ведь дорога в тюрьму идет с детства, большинство заключенных знают об этом не понаслышке.
После того как французский дизайнер Томас Джейкоб побывал в тюрьме Сан-Педро - одной из самых переполненных тюрем Латинской Америки, - он организовал проект Pietà: тюремную марку мужской одежды, коллекции которой шьют заключённые.
Принципиально важным для дизайнера было доказать всему миру, что заключённые могут шить не масс-маркет посредственного качества, а вещи, не уступающие брендовым.
Целью проекта стала возможность помочь людям, совершившим преступление, но осознавшим его тяжесть и раскаявшимся: рабочие получают процент от каждой продажи, совершённой Джейкобом.
В тюрьме Arisvaldo de Campos Pires в городе Juiz de Fora модельер Ракель Гимарайнш научила 18 заключенных, осужденных за преступления, начиная от вооруженного ограбления до убийств, вязанию самого высокого качества в обмен на заработную плату и сокращение сроков приговора.
Таким образом, сейчас эта тюрьма больше походит на ткацкое предприятие, нежели чем на место лишения свободы. Заключенные, вдохновленные и мотивированные сокращением срока, а большинство их них сидит на пожизненном, свяжут что угодно, лишь бы хоть как-то сократить время пребывания в этом ужасном месте.
Примерно в миле от побережья Норвегии, недалеко от Осло, находится остров, где содержатся 115 преступников, в том числе осужденные за убийца, насильники и торговцы наркотиками.
У заключенных есть возможность работать на ферме или на лесоповале. Излишки продукции идут на продажу в магазины. За свой труд они регулярно получают зарплату - около 10 тысяч крон (1,7 тысячи долларов) и даже имеют право на отпуск. Их перемещения по острову ничем не ограничены. Норвежская тюрьма предоставляет заключенным и массу вариантов досуга: катание на лыжах и рыбалку, драмкружок и библиотеку.
Три десятка предприятий Федеральной службы исполнения наказаний уже с 2014г. работают под единым брендом "Торговый дом ФСИН России".
Сейчас в российских колониях отбывают наказание около 600 тыс. заключенных. Около 200 тыс. из них работают и ежегодно производят тысячи различных товаров общей стоимостью свыше 32 млрд руб.
Практически все детские площадки, дорожные бордюры делаются руками осужденных. В некоторых исправительных учреждениях есть даже доменные печи, и немногие, наверное, знают, что большинство булатных ножей, продающихся в известных оружейных магазинах, произведены в колониях. Спецодежда, в том числе для полицейских, шьется тоже заключенными.
Халва вместо груш
В Кузбассе производственной деятельностью охвачено 21 учреждение уголовно-исполнительной системы. Главные направления: металло- и деревообработка, изготовление мебели, стройматериалов, швейных изделий и обуви.
Что касается сельского хозяйства, то им занимаются колонии-поселения №№ 2 и 3, расположенные в Чебулинском районе, анжеро-судженская КП-31 и четырнадцать подсобных хозяйств, - сообщил руководитель пресс-службы ГУФСИН России по Кемеровской области Павел Акуленко. - Всего в них содержится более трех тысяч голов крупного рогатого скота, 4,3 тысячи свиней и семь тысяч голов птицы. Кстати, в КП-3 в прошлом году надоили по пять тысяч килограммов молока от каждой фуражной коровы - больше, чем в обычных хозяйствах в районе. Спецучреждения реализовали 850 тысяч штук куриных яиц.
Уже несколько лет кузбасский спецконтингент полностью обеспечивает себя картофелем, которого в 2014-м вырастили 4 850 тонн, и овощами (более 1 100 тонн). В этом году под посадку второго хлеба выделено 360 гектаров земли, под овощи - 65. Свыше шести тысяч гектаров заняли пшеница, ячмень, горох, овес и озимая рожь. В посевной участвовало больше ста единиц сельхозтехники и свыше семидесяти осужденных.
ГУФСИН развивает не только агропроизводство, но и переработку. Молочные цеха двух чебулинских колоний-поселений в этом году выпустили уже больше 1 200 тонн пакетированного молока, а мясной цех КП-2 ежегодно изготавливает восемьдесят тонн сосисок, пельмени, вареники и другие полуфабрикаты.
В рамках программы самообеспечения прошлым летом в кемеровской ИК № 22 общего режима была открыта и выведена на проектную мощность - три тонны в сутки - современная линия по выпуску маргарина, которого за год произвели 380 тонн - на 22,68 миллиона рублей, - добавляет Павел Акуленко. - Натуральный продукт повышенной жирности хорошо продается и в области, и за ее пределами, а также служит сырьем для мучных изделий, выпекаемых в 44-й колонии города Белова.
Это учреждение строгого режима раньше специализировалось на выпуске спортинвентаря (например, боксерских груш), а теперь славится восточными сладостями и овсяным печеньем, которое идет нарасхват. В прошлом году заключенные, отбывающие в колонии длительные сроки, произвели и реализовали выпечки на миллион рублей.
В этом году ГУФСИН Кузбасса планирует расширить существующие и открыть новые производства - подсолнечной халвы, сливочного масла и творога, кондитерских изделий и газированной воды, фруктовых соков и киселя, молока длительного хранения и овощных консервов.
В 2014 году исправительные учреждения Кемеровской области произвели продтоваров на 1,3 миллиарда рублей, что на 148,4 миллиона больше, чем в 2013-м. Освоено 29 наименований новых видов изделий. Но, как говорится, не хлебом единым - ГУФСИН прирастает не только агропромышленными мощностями. В 2014-м были реорганизованы либо созданы швейные цеха с поточным методом изготовления изделий. Подведомственные подразделения сегодня обшивают личный состав и спецконтингент не только Кузбасса, но и Забайкалья, Тывы, Бурятии, Томской области, а также учреждения здравоохранения, минобороны и МВД.
В той же 22-й колонии открыли современный автопокрасочный комплекс. Очередь из гражданских заказчиков расписана на месяц вперед - их привлекают и качество работы, и цена. А в кемеровской исправительной колонии № 5 общего режима организовано и вовсе уникальное производство - цех по переработке крупногабаритных автомобильных шин и покрышек. Направление для региона, прямо скажем, стратегическое: отслужившие свое шины большегрузных автомобилей, работающих на угольных разрезах, пожароопасны, а продукты их сжигания вредны для человека и природы.
Отработанные шины решили пустить на резиновую крошку, которую используют при ремонте дорог, для изготовления безопасных покрытий, резиновой обуви, сорбентов и тех же самых шин.
Предполагаемый объем выпуска крошки - более двухсот тонн в месяц, а травмобезопасную плитку на ее основе в колонии начнут делать уже скоро, - уточнил Павел Акуленко. - Это позволит вывести на новый уровень производственную базу исправительного учреждения и обеспечить работой минимум шестнадцать человек.
К слову, ИК-5, в которой отбывают сроки впервые совершившие нетяжкие преступления, специализируется и на изготовлении пластиковых окон, швейных, макаронных изделий, а также на ремонте автотранспорта. Благодаря развитию производства осужденные приобретают специальность, нарабатывают опыт, который им пригодится на свободе. По словам Павла Акуленко, у тех, кто трудоустроен (а таковых в кузбасских колониях уже практически половина), гораздо больше шансов на условно-досрочное освобождение. Многие из них имеют исполнительные листы с исковыми требованиями потерпевших, которые должны быть удовлетворены.
И себе, и соседям
В составе уголовно-исполнительной системы Алтайского края - семнадцать исправительных учреждений и следственных изоляторов. Производственный сектор состоит из шести центров трудовой адаптации осужденных, двух лечебно-производственных мастерских и пяти участков внебюджетной деятельности. В 2014 году ими выпущено продукции и оказано услуг на сумму более чем 477 миллионов рублей. Общий рост производства составил 10,8 процента.
В своем развитии и поиске промышленного потенциала пенитенциарная система края ориентируется на особенности региона - ведущего производителя сельскохозяйственной продукции и продовольствия в зауральской части России. В трех учреждениях работают мельничные комплексы, которые в 2014 году намололи 912 тонн пшеничной муки первого сорта, 1 150 тонн - второго и 707 тонн ржаной муки. Это позволило обеспечить мукой не только все местные учреждения, но и полностью закрыть потребность УИС соседних регионов - Республики Алтай и Томской области. Выпускаемая в "местах не столь отдаленных" мука характеризуется высокими хлебопекарными качествами и идеально подходит для производства широкого спектра хлебобулочных и кондитерских изделий.
На собственном производстве в прошлом году было выпущено 343 тонны крупы. Перловую, пшеничную, ячневую, горох и пшено выпускают в исправительной колонии № 3, расположенной в Барнауле. Гречневую - в колонии-поселении № 2. Муку и крупы фасуют по мешкам и отправляют в другие учреждения.
Несколько лет назад в колонии-поселении № 7 была установлена линия по производству ПЭТ-тары мощностью 600 бутылок в одну смену. Автоматизация позволяет выполнять все технологические операции всего двум осужденным. Установка была приобретена в 2013 году, когда на базе "семерки" появился молокозавод производительностью в две тысячи литров в сутки.
В ПЭТ-бутылки собственного производства разливают и подсолнечное масло, которое изготавливают в исправительной колонии № 5 из местного сырья. За год работы удалось не только обеспечить подсолнечным маслом все учреждения УИС края, но и поставить одиннадцать тонн в подразделения Республики Алтай. Производительность линии - 750 тонн в год при потребности УИС края в чуть более восьмидесяти тоннах.
Жмых, получаемый в процессе отжима масла, используется в животноводстве, которое также активно развивается в уголовно-исполнительной системе края. В этом году планируется получить 250 тонн свиного мяса. Для его переработки в ЛИУ-1 организован забойный пункт. На базе третьей колонии развивается птицеводство. Поголовье птицы за последние два года увеличилось более чем в два раза за счет собственных инкубаторов. Если в 2012 году произведено 307 тысяч штук куриных яиц, то в 2015-м запланировано 750 тысяч.
Развивают в УИС края и другие перспективные направления. В исправительной колонии № 6 расположена швейная фабрика, включающая семь швейных цехов, два раскройных и один упаковочный. На производстве занято 411 женщин. Мощности фабрики позволяют выпускать более 200 тысяч единиц готовой продукции в месяц. Здесь шьют постельное белье, одежду для осужденных и военнослужащих, сумки.
Вполне рентабельные
В Новосибирской области перевоспитание трудом проходят заключенные более десятка исправительных колоний, на базе которых организовано одиннадцать центров профессиональной адаптации и лечебно-производственная мастерская. На производстве за колючей проволокой занято около тридцати процентов заключенных - порядка 4,5 тысячи человек, - и эти показатели необходимо увеличивать, считают в региональном ГУФСИН.
Чтобы выполнить эту задачу, во всех исправительных учреждениях размещают внутрисистемные заказы. Это не только работа на кухне и уход за территорией, но и производство одежды для так называемого "особого состава" колоний, колючей проволоки и даже формы для сотрудников МВД. Так, согласно размещенному на сайте ГУФСИН Новосибирской области прайсу, сшитая руками заключенных офицерская фуражка стоит 535,72 рубля, меховая шапка для командного состава - 1 298 рублей. Есть и пилотки, и погоны, и форменные галстуки в комплекте с серо-синими костюмами.
Швейное дело вообще входит в список самых частых видов производства в неволе. Помимо спецодежды и полицейской формы, заключенные изготавливают подушки и одеяла, носки и медицинские халаты, полотенца и постельное белье. Кое-где шьют даже зимнюю детскую одежду. Многие осужденные заняты на литейном производстве, в металло- и деревообработке, выпуске строительных материалов и продовольствия. Среди самых высокооплачиваемых профессий в ГУФСИН по Новосибирской области - швеи с заработком около десяти тысяч рублей в месяц, кузнецы с месячным окладом в девять тысяч и сборщики мебели, получающие восемь тысяч рублей.
Помимо простых изделий, в колониях изготавливают и эксклюзивные, требующие художественного видения. Например, "классику жанра" - деревянные резные нарды - здесь можно официально приобрести и за тысячу рублей, и за три, в зависимости от искусства исполнения. Мангалы ручной работы (также по три тысячи рублей за штуку) по качеству и монументальности литейного замысла не сравнить с фабричными разборными "однодневками" из торговых сетей. Да и мебель здесь тоже разная - от простейших табуретов до "кресла руководителя с приставкой" за одиннадцать тысяч рублей.
Даже крупные предприятия Новосибирской области охотно сотрудничают с ГУФСИН и размещают заказы на производство межкомнатных дверей, мягкой мебели, тротуарной плитки, декоративных оград, уличных фонарей, огнетушителей - массы самых различных товаров, которые можно найти в магазинах.
В двух колониях Новосибирской области действуют цеха по производству растительного и сливочного масла, а также творога. При этом во всех исправительных учреждениях региона есть свои сельскохозяйственные угодья, где выращивают картофель, морковь, свеклу, лук, капусту, зерновые культуры. Занимаются заключенные и животноводством, и птицеводством.
Производство в новосибирских колониях приносит порядка 700 миллионов рублей дохода в год, что обеспечивает более чем десятипроцентную рентабельность. В списке партнеров регионального ГУФСИН - около двадцати крупных предприятий, в том числе такие известные как машиностроительный завод "Труд" или обувная фабрика "Корс-К". Но есть и более мелкие производства, которые, впрочем, нередко поставляют свои товары в крупнейшие торговые сети.
Кстати
Трудоустроенные заключенные тоже отмечают профессиональные праздники. Например, 22 июня в новосибирской женской исправительной колонии № 9 лучшие швейные бригады принимали поздравления в честь Дня работника легкой промышленности. Руководство учреждения вручало грамоты и ценные подарки. В ведомстве Новосибирского ГУФСИН - семь профучилищ, где заключенные могут освоить 25 востребованных профессий.
Деревянные срубы, домашняя утварь, походная одежда и обувь и другие плоды трудов обитателей колоний, доступные каждому.
Заключенные исправительно-трудовых колоний наступают на пятки вольным предпринимателям: в промышленных зонах российских ИТК производят товары, которые мало в чем уступают уже имеющимся на большом рынке. Зэки стабильно получают заказы - как от государства, так и от частных лиц. Труд не только облагораживает осужденных, но и позволяет им зарабатывать деньги. Часть из них идет на оплату содержания в колонии, часть - на выплату штрафов и компенсаций пострадавшим, а некоторые, сидя за решеткой, умудряются даже содержать оставшиеся на свободе семьи. В рейтинге Forbes - 10 товаров, которые приносят прибыль заключенным.
фото Итар-ТАСС /
Обувь
Цена: 200-2000 рублей
В начале 2000-х в рейтинг «1000 лучших предприятий России» попала исправительно-трудовая колония №3, которая находится в городе Углич. Колония более 50 лет специализируется на производстве обуви, и в почетный рейтинг за то и попала, что «обула» всю страну. Составители рейтинга оценивали участников на основании официальных отчетов и ничуть не смутились, когда выяснилось, что в нем оказались зэки. Сами же обувных дел мастера были приятно удивлены. Тогда ФБУ ИК-3 считалось одним из самых стабильных предприятий в Ярославской области. Поток заказов на сапоги и ботинки обеспечивал солидный доход - более 3,5 млн рублей в год. Да и сами осужденные получали неплохую по зоновским меркам зарплату - от 500 рублей чистой прибыли. Зэки производят обувь в первую очередь для людей в форме: полицейских, солдат, пожарных, а также для самих себя и своих друзей по несчастью. Конечно, говорить о красоте и изяществе вряд ли можно даже в отношении женских сапог и туфель, однако в прочности им точно не откажешь.
фото Photoxpress /
Предметы быта
Средняя цена: 20-2000 рублей
В топе самых распространенных в России преступлений одно из лидирующих мест занимают убийства на бытовой почве. Орудием такого преступления часто становится первое, что под руку попадется: нож, вилка, сковородка. В октябре 2011 года жительница Омской области до смерти забила мужа скалкой. Одно из самых загадочных политических убийств начала XX века было совершено пусть и не по бытовым причинам, но в бытовых условиях. Речь идет о «товарищеском суде» над Георгием Гапоном - основателем «Собрания русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга», который в 1906 году при невыясненных обстоятельствах был повешен на обычной вешалке. Все эти предметы - ножи, скалки, вешалки - сегодня изготавливают в промзонах российских ИТК. Для производства хозтоваров используются три вида материалов: дерево, пластмасса и металл. В перечнях готовой продукции преобладает кухонная утварь: половники, лопаточки, разделочные доски, хлебницы. Также в ИТК можно заказать все необходимое для приготовления шашлыков, начиная с глубоких мисок для мариновки мяса и заканчивая мангалом и шампурами в нарядном чехле. Предусмотрительные зэки не оставили без внимания и детей, для которых они делают санки и домашние подвесные качели.
фото Итар-ТАСС /
Продукты питания
Цена: договорная
Где купить: магазины сети «Краюшка»
Производство продуктов питания налажено в большинстве российских колоний. Заключенные выпекают хлеб, выращивают овощи, разводят коров, свиней, кур, кроликов. Правда, продовольствием они обеспечивают главным образом себя и своих надзирателей. Лишь немногие колонии предоставляют съестные товары для продажи гражданскому населению: хотя в цехах соблюдаются санитарные нормы, а готовые продукты имеют сертификаты качества, на воле покупатели относятся к ним с опаской. Сеть ведомственных магазинов «Краюшка» была основана как раз для тех, кто не боится есть хлеб, выпеченный за колючей проволокой. Самые частые посетители - родственники заключенных. Теперь они могут не тащить за тридевять земель тяжелые сумки и на месте покупать продукты для передачек. Жители ближайших населенных пунктов тоже с радостью отовариваются в так называемых социальных магазинах. Цены здесь на порядок ниже, да и выбор неплохой: мясные, молочные и колбасные изделия, сладости, свежая выпечка.
фото Photoxpress /
Одежда
Цена: 100-5000 рублей
Швейное производство - это, безусловно, прерогатива женских исправительно-трудовых колоний. Впрочем, мужчин вместо токарного станка также нередко ждет швейная машинка. Помимо спецодежды для пожарных, военных, полицейских и медработников в колониях можно приобрести добротные рабочие костюмы, которые вполне сгодятся, например, для любителей самостоятельно делать ремонт. Среди зэков немало талантливых портных. Специально для них был организован всероссийский конкурс «Красиво шить не запретишь», в котором принимают участие сотни осужденных со всех концов страны. Первые этапы конкурса обычно проходят на региональном уровне. Сшитые победителями наряды отправляются в Москву, где выбирают лучших из лучших. Номинаций несколько: деловой костюм, вечернее платье, повседневная одежда, детская одежда, одежда для отдыха. В некоторых регионах заключенным предлагают сшить свою интерпретацию национального костюма. В выборе материалов модельеры ограничены. Для того чтобы из невзрачного куска ткани сшить оригинальное и изысканное платье, приходится проявлять недюжинную изобретательность.
фото Итар-ТАСС /
Деревянные срубы
Цена: договорная
Деревообработка - один из основных видов деятельности российских ИТК. Эта отрасль производства особенно развита на севере страны, в частности в Карелии. Местные заключенные выполняют заказы любой степени сложности и могут изготовить из дерева все что угодно, от изящных сигаретниц и до срубов. Карельские зэки возводят бревенчатые жилища на любой вкус и карман: хочешь - крохотный двухкомнатный домик, хочешь - роскошные двухэтажные хоромы с верандой и мансардой. Традиция строительства осужденными жилья для гражданского населения была заложена здесь еще в 1930-е годы. В рамках освоения слабозаселенного, но богатого лесами региона советское правительство фактически превратило Карелию в один большой трудовой лагерь. Так называемые трудопоселенцы составляли около четверти от общего количества жителей будущей республики. Заключенные возводили целые города и поселки. Кстати, именно в одной из карельских колоний отбывает наказание Михаил Ходорковский: в сегежской ФБУ ИК-7 опальный олигарх занят в пластмассовом цехе.
фото Photoxpress /
Мебель
Цена: 300-6000 рублей
Масштабное производство мебели на базе исправительно-трудовых учреждений началось в середине 1950-х. Жители СССР, которые к тому времени наконец смогли отвлечься от зализывания послевоенных ран, принялись за обустройство быта. Советская промышленность попросту не справлялась с возросшим спросом на мебельную продукцию, и тогда на помощь пришли зэки. Особенно хорошо мебельное производство было поставлено в ИК-3, которая находится в небольшом поселке Шакша, республика Башкортостан. Осужденные работали в три смены, а производственных отходов было так много, что опилки и обрезки часто использовали вместо угля в котельной. С годами ажиотаж вокруг продукции, предлагаемой ИК-3, заметно схлынул. Однако и сейчас выбор мебели на продажу здесь настолько широк, что позволяет полностью обставить квартиру. Осужденные постепенно осваивают новые технологии. Теперь потенциальных покупателей ждут не только неказистые гарнитуры для спальни и гостиной, но и эксклюзивные, богато украшенные резьбой и покрытые лаком шкафы и комоды и даже бильярдные столы и стойки для киев и шаров.
фото Итар-ТАСС /
Банные принадлежности
Цена: 50-1500 рублей
В российских ИТК можно заказать не только деревянный сруб под баню, но и полный набор банных принадлежностей. Все продумано до мелочей. Первым делом, конечно, нужно купить скамьи и полки для веников. Потом - запарники, ковши и ушаты. Украсят помещение таблички с афоризмами вроде «Генералов в бане нет» и панно, изображающие аппетитных купальщиц. В качестве приятного дополнения - деревянные массажеры и пивные кружки с резными ручками. На территории колоний бани тоже есть. Правда, возможности попариться при любом удобном случае заключенные лишены. Банный день им, как правило, устраивают раз в неделю. Тюремные бани похожи на общественные: выложенные плиткой помещения, которые особым комфортом не отличаются. И хотя процесс «помывки» связан с множеством неудобств (начиная с нехватки шаек и заканчивая очередями в душевые), зэки ждут банных дней с нетерпением: за решеткой привычные гигиенические процедуры становятся роскошью.
фото Photoxpress /
Сувенирная продукция
Средняя цена: 50-1000 рублей
Сувенирную продукцию производит едва ли не каждая ИТК. Основную категорию покупателей составляют родственники осужденных: каждому хочется иметь дома безделушку, которая будет напоминать о муже, брате, отце. Выбор сувениров поражает разнообразием, однако зачастую они довольно примитивны. Шкатулки, фигурки животных, рамки для фотографий - все это напоминает работы народных умельцев, трогательные в своей простоте и наивности. На их фоне шедеврами кажутся искусно украшенные резьбой наборы для игры в шахматы и нарды. Преступники, которые раньше и не помышляли о боге, часто становятся религиозными только после того, как попадут за решетку. Вера служит своего рода терапией и впоследствии помогает вернуться к нормальной жизни. Поэтому сегодня на территории многих колоний возводятся храмы, а сами заключенные с готовностью вытачивают из дерева барельефы с библейскими мотивами. Лики святых часто изображены и на вышивках, которые делают обитательницы женских исправительных колоний. Еще они шьют салфетки и занавески и пишут картины: пасторальные пейзажи воплощают мечты о свободе.
фото Photoxpress /
Макеты кораблей
Цена: договорная
Модели кораблей выставляют на продажу колонии с налаженным производством деревянной сувенирной продукции. В большинстве случаев речь идет об изящных игрушках, которым место на столе или на полке. Однако мастера из ИК-7 в поселке Конвейер Архангельской области делают макеты фрегатов, в длину достигающие 3 м. Обшивка, палубы, капитанский мостик проработаны в мельчайших деталях. На мачтах полощутся матерчатые паруса и флаги. К носу судна, как полагается, прилажена гальюнная фигура. Сам фрегат с помощью толстых цепей закреплен на вбитых в землю столбах. Он висит в воздухе и при сильных порывах ветра начинает раскачиваться, как будто плавно скользит по волнам в открытом море. Не совсем понятно, правда, для чего предназначаются такие громоздкие сувениры. В качестве украшения двора частного дома они вряд ли подходят - слишком много места занимают. Да и на детскую площадку не поставишь: жалко отдавать такое произведение искусства на растерзание маленьким мореходам.
фото Photoxpress /
Декоративное холодное оружие
Цена: 4000-70 000 рублей
Довольно странной кажется традиция организовывать на базе колонии производство холодного оружия, пусть даже и сувенирного. Такую терапию можно считать уже не столько трудовой, сколько психологической. Безусловно, в ходе производства заключенные находятся под строжайшим контролем: все-таки соблазн воспользоваться собственноручно сделанным мечом велик. Из-под рук умельцев выходят кинжалы и кортики, шпаги и шашки, стилеты и палаши, ятаганы и клычи. На заказ можно сделать даже эксклюзивную саблю из дамасской стали, цена которой будет достигать нескольких десятков тысяч рублей. Лезвия, как правило, отделаны гравировками и позолотой, к каждому оружию прилагаются ножны. А некоторые мастерские готовы взяться за изготовление лат и доспехов: вдруг кому-то из покупателей захочется иметь дома напоминание об эпохе рыцарства.
